«На концертной эстраде певцу труднее, чем в опере. Здесь нет костюма, декораций, актерской игры, и артист должен раскрыть суть и характер образов произведения только вокальными средствами, один, без помощи партнеров».
Борис Тимофеевич Штоколов родился в Кемеровской области 19 марта 1930 года. В 1944 году Борис поступил в знаменитую Соловецкую школу юнг. Артист вспоминал: «Наша семья жила в Свердловске. В сорок втором пришла похоронка с фронта: погиб отец. А нас у матери осталось мал мала меньше… Прокормить всех ей было трудно. За год до окончания войны у нас на Урале прошел очередной набор в Соловецкую школу. Вот я и решил поехать на Север, думал, матери чуть полегче будет.
В сражениях нам, третьему набору школы юнг, участвовать уже не привелось. Но когда после окончания меня направили на Балтику, у эсминцев «Строгий», «Стройный», крейсера «Киров» была такая богатая боевая биография, что даже я, не воевавший юнга, испытывал причастность к Великой Победе. Я был ротным запевалой. На строевой подготовке, в морских походах на парусниках приходилось первым затягивать песню. Но тогда, признаюсь, и не думал, что стану профессиональным певцом…
Своим появлением на большой театральной сцене я обязан Георгию Константиновичу Жукову. Было это в 1949 году. С Балтики я вернулся домой, поступил в спецшколу ВВС. Маршал Жуков командовал тогда Уральским военным округом. Он пришел к нам на выпускной вечер курсантов. Среди номеров художественной самодеятельности значилось и мое выступление. Пел «Дороги» А. Новикова и «Матросские ночи» В. Соловьева-Седого. Волновался: впервые при такой большой аудитории, о высоких гостях и говорить нечего. После концерта Жуков сказал мне: «Авиация без тебя не пропадет. Петь тебе надо». Так и приказал: направить Штоколова в консерваторию. Вот и попал я в Свердловскую консерваторию. По знакомству, так сказать…»
Так, в 1949 году, Штоколов поступил на вокальный факультет Уральской консерватории, во время учёбы стал стажёром Свердловского театра оперы и балета, а в 1954 году, после окончания консерватории, стал одним из его ведущих солистов.
В 1959 году был приглашен в Ленинградский театр оперы и балета имени С.М. Кирова, с которым было связано все дальнейшее творчество певца. Его голос привлекал своим уникальным высоким басом, который часто передавали по радио и телевидению, Штоколов стал символом целой эпохи академического направления в советской музыке.
Он пел партии Мефистофеля, Сусанина, Руслана, Досифея, Галицкого, Бориса Годунова и др. Пел Штоколов и русские романсы, его «визитной карточкой» стали "Утро туманное", "Ямщик, не гони лошадей", "Хризантемы", «Гори, гори, моя звезда».
Говорят, однажды, в 1980-е, певец исполнил на одном из своих концертов гимн "Боже, царя храни", но светиле это простили. Зрители ходили в театр, чтобы послушать именно Штоколова, его называли советским Шаляпиным.
На эстраде артист создал образ богатыря, с громовым, густым и одновременно мягким и бархатным голосом, действительно напоминая Шаляпина (при этом он ещё увлекался творчеством Карузо).
Был удостоен звания Народного артиста СССР и награждён ещё многими государственными наградами.
С 1987 по 2001 год жил в «Дворянском гнезде» - доме на Петровской набережной, где проживают видные деятели культуры и искусства.
В 1990 году Штоколов ушел из театра, последние годы прожил в бедности в доме 2 по ул. Гаврской (здесь открыта мемориальная доска). Умер 6 января 2005 года в Петербурге, прощание с певцом состоялось в Мариинском театре. Похоронен на Литераторских мостках, где похоронены многие деятели театрального искусства - Агриппина Ваганова, Евгений Лебедев, Пётр Вельяминов, Ефим Копелян, Анатолий Равикович, Владислав Стржельчик, Николай Трофимов.
В 2008 году был установлен надгробный памятник Штоколову. История памятника началась ещё при жизни певца, однажды Борис Тимофеевич заглянул в мастерскую своего друга, скульптора Михаила Константиновича Аникушина и увидел, как тот работает над надгробным памятником самому себе. Неожиданно Штоколов попросил и для него сделать памятник, на что Аникушин ответил согласием и вместе со своей женой, скульптором Марией Тимофеевной Литовченко приступил к работе. Однако окончить не успели - в 1997 году умер Аникушин, а несколько лет спустя и его супруга. Завершили работу скульптор Константин Анциферов и художник Виктор Энгельге, которые использовали рисунки Аникушина и архивные фотографии. Памятник представляет собой могучую фигуру певца, опирающегося одной рукой на постамент-рояль. На постаменте высечены слова его любимого романса: «Гори, гори, моя звезда…».
В 2019 году на фасаде дома на Гаврской, где жил с 2001 до самой смерти певец, по заказу Мариинского театра была открыта мемориальная гранитная доска Борису Тимофеевичу Штоколову. В мероприятии приняли участие вдова артиста – Нина Сергеевна Штоколова, представитель администрации, жители района, школьники, представители общественных организаций. Скульптор Павел Игнатьев говорил:
"Когда я думал, как изобразить артиста, просмотрел много его фотографий. И в итоге представил, что Борис Тимофеевич будто только что отыграл концерт, и оглядывается со сцены, смотря на своих зрителей. Так что это собирательный образ, который, я надеюсь, будет радовать всех, кто его знал и помнит до сих пор."
Об истории русского театра и о ярких театральных судьбах авторы Эклектики рассказывают в ходе многих программ.
